Я стал другим, новым человеком; а те, для кого существовал только старый "я", смеялись надо мной. Единственно разумный человек был мой портной: он каждый раз снимал заново с меня мерку, тогда как все остальные подходили ко мне со старой и воображали, что она все еще отражает мои действительные размеры.

Непризнание личностных изменений обществом

История о сантиметре и предрассудках

Все началось с того лета, когда я — бывший скептик — уверовал в человеческую доброту. Я раздал половину состояния бедным, начал преподавать в ночной школе и носил рубашки с вышитыми мотыльками — символом перерождения. Но старый круг знакомых встречал мои перемены ехидными улыбками. «Снова фантазируешь?» — фыркали они за карточным столом, будто я остался тем же циничным острословом, каким был десять лет назад. Их умы словно застряли в прошлом, словно перед ними сидела удобная кукла старого «меня», а не живой человек.

Развязка наступила в ателье. Портной молча обвел мои плечи сантиметром, затем резко остановился. «Мешковатый пиджак не для текущих пропорций», — пробормотал он. Я раскрыл было рот, чтобы напомнить свои прежние размеры, но он лениво поднял руку. «Тела меняются. Идеи тоже». Его стеклянными глазами смотрел ремесленник, для которого я был всего лишь цифрами и углами. Тогда меня осенило: все мои философские друзья, возможно, глупее простого крояльщика сукна! Они меряли меня мертвыми эталонами, тогда как единственный человек в мире, видевший мой действительный размер, невольно возвысился до высот объективной мудрости.