Кто сознает свою невиновность, тот неохотно унижается до оправданий.

Самоуважение невиновного человека

Прогулка с истиной: рождение афоризма Жорж Санд

Я помню тот дождливый парижский сезон 1837 года, когда в салоне княгини Бельджойозо разгорелся спор об одной украденной драгоценности. Наблюдая, как обвиняемая горничная рыдала, сыпала оправданиями и цеплялась за подол хозяйки, я вдруг вспомнила совсем иную реакцию — молодого учителя, год назад ложно обвинённого в вольнодумстве. Он не сказал ни слова защиты. Просто встал, поклонился и вышел, сохраняя ледяное спокойствие. И тогда меня осенило: виновный боится молчать и готов на унизительный лепет, тогда как чистое сознание создаёт непробиваемую броню. Когда к горничной позже вернули украшение (её подбросила ревнивая соперница), я записала в дневнике ту самую фразу рожденную из контраста двух судеб — ведь истинная невиновность дышит свободно без разрешения других.

Позже этот принцип не раз находил подтверждение. Когда меня самого обвиняли в непристойности романов, я отвечала лишь презрительным хлопком тома „Консуэло“ по мраморному столику — как же объяснять слепым, что небо синее? Так через прожитый опыт и многолетние наблюдения кристаллизовалась эта мысль: оправдание всегда компромисс с ложью, тогда как невинность есть абсолют, не требующий снисхождения.