Клевета не всегда бывает действием злобы: чаще всего она бывает плодом невинного желания рассеяться занимательным разговором, а иногда и плодом доброжелательства и участия столь же искреннего, сколько и неловкого.

Причины клеветы как следствие незловредных побуждений

Неожиданное озарение в гостях у княгини

Помню тот душный вечер в салоне княгини Щербатовой, где и родилась эта мысль. Я наблюдал, как милейшая Анна Петровна, желая развлечь общество, принялась рассказывать о болезни нашего общего знакомого — купца Семёнова. Ее речь пестрела красочными подробностями о его «безнадёжном состоянии» и «душевных терзаниях», хотя я знал: Семёнов просто лечил простуду. Слушатели ловили каждое слово, а Анна сияла — она искренне полагала, что создаёт занимательную беседу и проявляет участие к больному. Ни тени злого умысла! Каково же было её потрясение, когда назавтра толпа встревоженных визитёров осадила дом несчастного купца.

Позже, анализируя этот случай, я осознал страшную закономерность: чаша клеветы наполняется не ядом ненависти, а безобидным вином человеческих слабостей. Мы сплетничаем от скуки, оживляя монотонность красивым вымыслом. Стараемся проявить участие, приукрашивая чужие беды — ведь драматизм кажется нам проявлением сочувствия. И самое горькое: оклеветанный страдает не от чьей-то злобы, а от нашего неумения молчать или выражать добро без фальши. Так рождается клевета-хамелеон: в пёстрых одеждах развлечения, с глазами, полными самой что ни на есть искренней жалости.