Мы плохо верим тому, чему неприятно поверить.

Психология отрицания

Рождение истины в римских сумерках

Я шел по Форуму в час, когда солнце окрашивает мрамор в медовые тона, размышляя о странной сути римлян. В тот день видел, как сенатор публично отрицал очевидное: разорение провинции, о котором кричали факты. Его лицо сохраняло ледяное спокойствие, но пальцы судорожно мяли тогу. Толпа охотно приняла ложь - с облегчением в глазах, будто глотнув вина. Вечером в библиотеке ко мне пришло озарение: неверие в неприятное рождается не в разуме, а в глубине души. Это щит от боли, заставляющий нас находить оправдания предательству друзей или собственным слабостям, как горькое лекарство, которое инстинктивно выплевываешь.

Когда я записал эту мысль на восковой табличке, вспомнил бедного поэта Милона, уверявшего всех в любви Лидии, хотя видел ее с другим у фонтана. Его горькая улыбка говорила: он знал правду, но предпочел жить в теплом тумане лжи. Так родилась формула нашего самообмана - слепоты, которую хочется назвать мудростью.