Человек, которому никто не нравится, гораздо несчастнее того, который сам никому не нравится.
Сравнение глубины страданий от неприятия обществом и личного неприятия других
Зеркало страдания в Версале
Сидел я однажды в версальском салоне, наблюдая двух знакомых. Первый — блестящий остряк, которого внезапно отвергли при дворе из-за скандального памфлета. Он прятал трясущиеся руки, лицо его стало пепельно-серым под насмешками шепчущихся дам. Второй — старый барон, известный мизантроп, спокойно потягивавший вино в углу. Его презрительные взгляды казались броней. И внезапно меня осенило: первый господин несчастнее! Несмотря на презираемый бароном мир, тот сохранял внутреннюю крепость. А изгой? Его душа истаивала от всеобщего неприятия, как воск под чужим холодом. Позже в дневниках я сформулировал эту мысль: потребность быть принятым — наша ахиллесова пята. Мизантроп властвует над своим отчуждением, отверженный же корчится в ловушке чужого равнодушия. Вечный урок о хрупкости нашего социального естества.