Меньше всего мы прощаем другим те ошибки, какие совершали сами.

Психологическая проекция и трудность прощения чужих ошибок, аналогичных собственным

Как родилась истина о непрощении своих ошибок

Все началось в годы моей юности в университете, где я считал себя образцом нравственности. Однажды мой друг Петр разбил витрину лавки в пьяном угаре, а я призывал сурово его наказать — ведь такое безалаберное поведение разрушает общество! Годы спустя, пережив тяжелый разрыв, я сам оказался в той же ситуации: опьянев, случайно повредил скамейку в парке. Стыд грыз меня неделями.

Но истинное откровение случилось месяц назад. Увидев, как молодой человек испачкал стену памятника граффити, я не сдержался и закричал: «Ты позоришь нас всех, подонок!». В тот же момент меня пронзило: лицо парня отражало тот же растерянный ужас, что когда-то был и у меня. Опускаясь на скамью, я осознал: я кричал не на него. Я кричал на свое прошлое «я». Так родилась горькая мысль: правильнее всего мы преследуем в других то, что ненавидим в себе самих. Это не праведность — это страх перед своим тёмным отражением.