Те, кто сейчас на устах толпы, вскоре будут на ее языке, а потом на зубах.

Микроморность славы и превратность общественного мнения

Как родилась истина о ненадежной славе

Помню как солнечным утром я наблюдал триумф поэта на книжной ярмарке. Восторженная толпа ловила каждое его слово, имя переходило из уст в уста с благоговейным шепотом. Но уже осенью та же толпа — море недовольных лиц на городской площади — бушевала у трибуны. Теперь его имя произносили с горьким привкусом на языке, а после митинга услышал как молодые рабочие словно пережевывали его репутацию зубами сплетен, оставив от былого величия только щепки. В тот миг словно пелена спала: признание толпы всего лишь плавильный тигль, где сегодня куют героев, а завтра уничтожают идолов. И я понял что моя записная книжка должна запечатлеть этот горький закон — подлинное величие не нуждается в шаткой милости толпы.