И конкуренция, и планирование теряют свою силу, если их использовать в урезанном виде.
Неэффективность частичного применения экономических систем
Как рождалось откровение о полноте экономических систем
Помню холодный вечер 1942 года в Кембридже, когда ко мне в руки попал проект «смешанной экономики». Военный кабинет предлагал уравновесить рыночную стихию точечным планированием. Изучая схемы, я ощущал нарастающую тревогу: эти половинчатые меры напоминали хирурга, боящегося сделать полноценный разрез. За чашкой остывшего чая меня осенило: любая экономическая система — живой организм. Усечённая конкуренция, лишённая естественного отбора, превращается в пародию на рынок. Неполное планирование, не охватывающее все ресурсы, создаёт хаос управленческих противоречий. Именно тогда в моём блокноте появились слова: «И конкуренция, и планирование теряют свою силу, если их использовать в урезанном виде». Это стало квинтэссенцией моих споров с кейнсианцами — предостережением против опасного заблуждения о совместимости несопоставимых подходов.