Неотъемлемые сущностные качества явлений
Запомнился тот знойный полдень, когда я сопровождал Пифагора через самосские холмы. У каменистой тропы мы заметили путника, с горечью жаловавшегося на дерзкие слова соседа: «Как заставить его говорить иначе?» Учитель молча сорвал веточку полыни, протянул тому: «Попробуй отделить горечь от этого растения». Когда человек недоумённо покачал головой, Пифагор улыбнулся: «Одно и то же, что от полыни горечь отнять и что у слова дерзость отсечь». В этот миг меня осенило: он раскрывал вечный закон природы. Горечь — не просто свойство полыни, а её суть, равно как дерзость для некоторых слов подобна корню. Пытаясь «исправить» их, мы отрицаем само явление, как если бы требовали от огня не жечь. Эта прогулка научила меня видеть незыблемое ядро вещей — то, что делает реку рекой, а правду правдой, даже когда она жжётся как полынь.