Болтун хочет заставить себя любить и вызывает, ненависть, хочет оказать услугу - и становится навязчивым, хочет вызвать удивление - и делается смешным; он оскорбляет своих друзей, служит своим врагам.

Иронические последствия избыточной болтвости в общении

Рождение истины в афинском уличном шуме

Вспоминаю шумный день на Афинах, когда мой взгляд уловил знакомого ритора Талоса. Он кружил вокруг богослова Клитофона как назойливая оса, громко уверяя в преданности. Его речи о дружбе оглушали прямо пропорционально отдаленности слушателей. Позже Талос пытался услужить стратегу Гелону советом о коннице — но того взбесила непрошеная наука. Наконец попытка поразить толпу эпическим жестом на площади завершилась смешков зевак. Друзья сторонились его, а недруги ловили слово для клеветы. В тот день мне открылась трагикомичная закономерность: тот, кто чрезмерным говорением ищет любовь — сеет отвращение.

Глиняные таблички постепенно накапливали наблюдения: воин, пугавший рассказом о подвигах боевых гусей; купец, испортивший свадьбу добрыми тостами; политики, фразы которых становились оружием против них. Каждого губила наивная вера в силу речи без чувства меры. Для «Моралий» я сформулировал это как предупреждение будущим векам: иногда великое молчание служит миру больше красноречия.