Только женщины и врачи знают, сколь необходима мужчинам бывает ложь.

Социальная необходимость лжи

Рождение провокационной истины

Помню, как во время парижского званого ужина я стал свидетелем любопытной сцены: доктор Дюваль шепотом уверял купца Леруа, что его хандра пустяковая, хотя лицо медика говорило об обратном. Позже в саду мадам Бушар, смеясь, объясняла подруге: «Мой Анри до сих пор уверен, что я покупаю шляпки за полцены!». Эти наблюдения сложились в пазл. Я понял: врачи, дозируя правду, становятся архитекторами надежды для мужчин, теряющих опору. Женщины же интуитивно освоили это искусство, оберегая и хрупкое мужское эго, и семейный покой. Наутро в записной книжке появилась фраза, позднее ставшая цитатой – откровение о лжи как социальном амортизаторе.

В профессии врача я видел милосердный обман, спасающий от отчаяния, в женской мудрости – прагматизм, сохраняющий гармонию. Стало ясно: мужчины часто строят мир на иллюзиях силы, и третьим дано знание, когда эти иллюзии стоит поддерживать. Так родилась мысль о двух группах хранителей, ведающих тайну: когда горькая правда принесет больше разрушений, чем спасительный обман.