Нет ничего нелепее, чем публично выставить себя на посмешище, с завидным упорством предаваясь занятию, в котором ничего не смыслишь; это все равно, что пытаться шутить на языке, которого совсем не знаешь.
Нелепость демонстрации некомпетентности
Рождение истины в королевских покоях
Я, Иоанн Солсберийский, стоял у колонны в зале английского короля Генриха II, когда ко двору прибыл самоуверенный фламандский купец. Желая произвести впечатление, он вдруг начал рассказывать придворным дамам пикантные шутки на ломаном латинском. Понимая лишь каждое пятое слово, женщины сдерживали смех, а их мужья хмурились. Купец же, видя внимание публики, удвоил усилия — нелепо гримасничал, тыкал пальцем в воздух и бубнил бессвязные фразы, пока весь двор не разразился открытым хохотом.
Позже, записывая этот случай, я осознал: горькое унижение купца родилось не из злого умысла окружения, а из его слепого упрямства. Он предавался занятию, где был полным невеждой, будто пилил сук, на котором сидит. Так же дико смотрится человек, корча рожи незнакомым китайцам в надежде развеселить их — жесты могут означать не шутку, а смертельное оскорбление. Эта картина заставила меня сформулировать вечную истину: публичное невежество всегда превращает тебя в шута, даже если кажется подвигом.