Никто не возвращается из царства мертвых,
Hикто не появляется на свет без слез,
Hикто не спрашивает, когда хочешь появиться,
Hикто не спрашивает, когда хочешь уйти.

Человеческое бессилие перед неизбежностью рождения и смерти

Как родилась мысль о власти судьбы

Тот вечер в Копенгагене был пропитан холодным туманом, и я сидел у камина, размышляя о человеческом уделе. На рассвете я видел похороны — гроб опускали в землю под тихие рыдания, а днём стал свидетелем рождения ребёнка у соседей: его первый крик разорвал тишину. Тогда меня пронзила страшная ясность — мы существа крика и последнего вздоха, между которыми пролегает иллюзия контроля. Никто из нас не выбирает час своего прибытия слёзным гостем в этот мир или тайного исчезновения. Эта горькая истина стучала в висках, как капли дождя по стеклу.

В своей тишине я записывал строки, ощущая их не как мысль, а как откровение: мы приходим без повеления, уходим без разрешения, а двери смерти навсегда заперты для живых. Разве это не высшая насмешка судьбы? Человек строит планы, верит в свою волю, но стоит лишь коснуться начала и конца пути — и вся его мощь рассыпается перед вечными законами бытия. Мы всего лишь гости во вселенной, обязанные принять её правила, даже если они написаны кровью и слезами.