Бренность благоприятных периодов и необходимость подготовки к трудным временам
Шёл знойный полдень, когда я, Эзоп, сопровождая хозяина-философа, увидел юношу, беспечно распевавшего песни под дубом. Его лук и стрелы лежали заброшенными, а торба для дичи пустовала. "Отчего ты не охотишься?" — спросил я. "Зачем торопиться? — рассмеялся он. — Разве не видишь: солнце ласково, трава сочная, дичи полно!" Я же заметил перелётных птиц, тайком кующихся к югу, и муравьёв, несущих последние зёрна в муравейник. Через неделю мы вновь встретили того юношу — продрогшего, с пустыми руками. Свинцовые тучи низко висели над побитым морозом полем. Тогда, глядя на его дрожащие от холода губы, я изрёк слова, вобравшие вековую правду.
Эта фраза выкристаллизовалась из сотен таких встреч: земледелец, не сложивший сено в стога перед дождём; пират, потерявший корабль в сезон штилей. Все они уподоблялись стрекозе из моей будущей басни — жили настоящим, отвергая мудрость циклической природы. А ведь смена времён года стала прообразом вечного закона: за расцветом следует упадок, за изобилием — нужда. Мои слова — не уныние, но призыв смотреть дальше горизонта, где лето всегда мимолётно.