Терпимость и нравственное поведение
Идя вдоль галереи Зимнего дворца, я услышала гневный шепот двух придворных, выискивающих недостатки в каждом проходящем. «Князь Багратион вечно пьян», «графиня Орлова болтушка» — смаковали они пороки других, словно забыв свои собственные слабости. Я собрала их троих в Летнем саду, где под шелест лип предложила повесить на зеркале иголку: «Кто узрит соринку в глазу соседа, пусть сперва вытащит бревно из своего».
Вечером, подписывая указы, я вспоминала, как святитель Тихон Задонский учил меня в юности: осуждение не врачует, а калечит душу. Тогда и родилась эта фраза в письме к датскому послу — не как приказ, а как напоминание: бороться с чужими пороками надо исправлением своего сердца. Урок стал моим правилом правления и секретом уважения подданных.