Природа выражает себя через созданного ею человека как инструмент чувств и речи
Всё началось с утренней прогулки, когда я, Иоганн Гёте, блуждал в окрестностях Веймарского леса. Отрешённый от света свечей городских ламп, я вдыхал влажный воздух после дождя, слушал хруст веток под ногами и шелест листвы. Лес был полон неслышных мыслей: каждое дерево, каждая робкая птица или лучевая капля дождя рассказывали историю, и всё же не способны были произнести ее словом. В этот час я подумал о холмах Италии, которые пленяли меня масштабом, и Парфеноне в Афинах, скульптурные львы которого и не думали сказать слово. Но какова природа без языка? Тогда я понял: мы сами являемся ответом. Наши языки возникли из желания объяснить грохочущие тучи наши сердечные привязанности восходят в лугах утренней росы.
После обеда у пруда наткнулся я на студентов моей академии: один декламировал стихотворения о гневе чаек над морем у берегов Ростока; художник рисовал закат с такой страстью, что красных слез лейтмотив казался сожженным в холсте. Тогда окончательное освящение пришло ко мне: природа не создана для словесных органов — она родила нас сердцами и языками для того, чтобы говорить своей космической глубока, удивительной болью и гармонией через нас в опустевшем мире.