Настоящие новости - плохие новости.
Негативный уклон в медиа
Как родилась провокационная истина о новостях
Помню, как в 60-х годах, наблюдая за трансформацией телевизионных эфиров, я заметил тревожный парадокс. Чем масштабнее становились СМИ, тем больше их репортажи напоминали сводки с поля боя. Корреспонденты наперебой сообщали о катастрофах и скандалах, тогда как истории о научных прорывах или актах благородства тонули в информационном шуме. Однажды во время дискуссии с коллегой-журналистом прозвучал горький комментарий: «Рейтинги взлетают только когда рушатся здания». Именно тогда меня осенило — мы создали систему, где новостная ценность события обратно пропорциональна его позитивности.
Люди инстинктивно цепляются за плохие известия не из-за врожденного пессимизма, а потому что опасность требует немедленной реакции. Эволюция запрограммировала нас сканировать среду на наличие угроз, а медиа мастерски этим пользуются. Трагедия в Канзасе волнует больше, чем урожай пшеницы в Сибири — ведь хлеб всегда есть на полке, а торнадо может прийти внезапно. Вот и получается: если новость не заставляет учащенно биться сердце, не несёт скрытой угрозы — она словно не настоящая, ненастоящая конфета без острой начинки. Так парадокс человеческой психики стал законом журналистики.