Преобразующая сила народа
Я шел сквозь гулкую тишину полуразрушенного завода летом 1905 года. Воздух пах гарью и ржавчиной, но в цехах, там где прежде стояли станки, толпились люди. Рабочие в пропотевших рубахах яростно спорили о будущем, их лица, изможденные нуждой, горели внутренним огнем. Вдруг меня осенило: вот он — неиссякаемый родник силы. Разве не они, а не цари или министры, создают заводы и строят города? Я понял, что именно их коллективная воля двигает историю, превращая эфемерные мечты о справедливости в каменную кладку новой реальности.
Позже, наблюдая за строительством народного театра в Нижнем Новгороде, я вновь увидел этот феномен. Крестьяне и рабочие копали фундамент, таскали бревна, спорили о чертежах — и все это без принуждения, лишь по зову сердца. Их песни смешивались со скрипом телег, и контуры мечты проявлялись во плоти. Тогда-то в моем блокноте родились слова о народе как единственной силе, что способна слить воедино мечту и действительность. Это не был лозунг — это был крик души, вырванный у самой жизни.