Научная добросовестность
Я запомнил тот день навсегда. В нашей лаборатории молодой ассистент презентовал блестящую гипотезу о нервных реакциях, пытаясь объяснить аномальные данные опытов. Его глаза горели, аналогии лились рекой, теория переливалась всеми цветами радуги. Павлов слушал молча, а когда энтузиазм иссяк, спросил: «На чём основаны эти умозаключения? Показали ли приборы хоть один подтверждающий факт?» Ассистент смутился — под красивой конструкцией не было фундамента. Тон Ивана Петровича стал ледяным: «Никогда не пытайтесь прикрыть недостатки знаний гипотезами, даже самыми смелыми. Это — мыльный пузырь». Он объяснил, что обманчивая красота догадок лишь отдаляет истину, а их крах обязательно случится при проверке, оставив лишь стыд.
Тогда я понял: Павлов бичевал не воображение, а подмену работы спекуляцией. Нам разрешалось мечтать, но требовалось чётко отделять установленные факты от воздушных замков. Пора перестать играть в иллюзиях ради сиюминутного впечатления, мы занимаемся наукой!