Всецело предаться одному пороку нам обычно мешает лишь то, что их у нас несколько.
Конкуренция пороков в человеческой природе
Рождение мысли в версальских салонах
Сильно прищурившись, наблюдал я вчера за молодым герцогом в королевской гостиной. Вечером он проиграл крупную сумму в карты – даже для его состояния. Увидел разрушенную для него игру и уже оправлялся к столу, чтоб отыграться до утра. Но лишь занёс руку над фишками… остановился. Загаданный ритуал мгновенно рухнул под грузом неприглядной мысли. Вспомнил, что завтра объявят сведения о его долгах перед графом, вспомнил насмешек слухов над разоряющимися аристократами. Жажда азарта наткнулась на страх бесчестия и жадность одновременно. Вот тогда в уме и выстроилась эта мысль: остановили не добродетели – ему мешали другие пороки. Именно о такой многогранной ямманне погружённости говорил этот эпизод. Так и появляется истина: зацикленность на линии развлечений снизилась под ударами других зависимостей – и человек оказался прикован вдвойне.
Позднее наблюдал я за придворными дамами – похожее явление: невозможность целиком отдаться сластолюбию из-за щепетливой скупости, невозможность развернуть сплетни из-за болезненной гордости. Кажется, человеческое естество не создано для абсолютной привязанности к чему-то. Именно соперничество недостатков создаёт сложное приостановительное равновесие нашей души.