Ирония славы через страдание
Сижу я в лондонском кафе, наблюдая за потоком посетителей. Ко мне подсаживается знакомый литератор, весь в слезах по пятому неопубликованному роману. «Шоу, — всхлипывает он, — меня не признают гением!» А я вспоминаю другого знакомого: бездарный поэт, но вся лондонская богема обсуждает, как он неделю голодал «ради искусства». Именно тогда в голове щелкнуло: истинных талантов игнорируют, а «мучеников» носят на руках. Два века христианские подвижники кормили надеждой тщеславных: стойко переноси страдания — и войдёшь в историю!
Позже на премьере своей пьесы слышу перешёптывания: «Автор терпел Музы, эмигрант и теперь туберкулёз» хоть об этом строчке не написано! Оформил мысль в афоризм, ухмыляясь. Люди готовы спутать мученичество с гением. Великая шутка жизни: ноты заменить стонами. Но пришлось добавить горечи — ведь даже в этом наблюдении таится вопрос: где настоящий подвиг, а где спектакль для аплодисментов?