Критика редукции многогранности человеческой личности к бинарному упрощению
Помню, сидел я в варшавской кондитерской, наблюдая за посетителями. За соседним столиком мужчина с женой обсуждал театр — томно вздыхал о Чехове, а через минуту, схватив трубку телефона, орал на подрядчика хриплым голосом мафиози. Никакого раздвоения! Десятки его «я» танцевали в такт обстоятельствам. Потом на глаза попался журнал с главой о диссоциативном расстройстве. Диагноз описывали триумфально: «Появилось второе „я“!» — словно это достижение. Меня будто током ударило: да ведь это же катастрофа упрощения! Обычный человек — это космос противоречий: ребенок и тиран, гений и глупец, ангел и эгоист в одном лице. Сводить эту вселенную к двум жалким ролям — все равно что картину Микеланджело назвать мазней только потому, что там всего два цвета. Я выхватил салфетку и написал: «Раздвоение личности...» — фиксируя не болезнь, а трагедию утраты человеческого богатства.