Самопочитание никогда не бывает столь мерзостно, как самоунижение.

Сравнительная нравственная оценка самоунижения и самопочитания

Зеркало для самого жалкого лицедея

За кулисами театра «Глобус» я наблюдал поразительный контраст: актёр Джилберт самозабвенно декламировал монолог короля, выпячивая грудь и сверкая глазами, а юный Николас за сценой бормотал: «Не смею просить роль побольше, ибо недостоин даже метлу держать». Вечером Шекспир, попивая эль, услышал мой рассказ об этом. «Гордец смешон», — заметил я. Мастер усмехнулся: «Но тошноту вызывает другое! Надменность — это грим, который можно смыть. А тот, кто сознательно ломает своё достоинство — словно марает душу нестираемой грязью. Помни: самопочитание никогда не бывает столь мерзостно, как самоунижение». Его слова прозвучали как удар колокола. Той же ночью Николас, вновь принижая себя у гардероба, получил от меня жестокую правду: куда отвратительнее его притворного смирения лишь искреннее самоотречение.