Источники медицинского знания
Шла вторая неделя моих бессонных ночей у постели умирающего друга в парижской клинике. Я наблюдал, как врачи, словно детективы в тупике, спорили о симптомах: лихорадка то затихала, то вспыхивала вновь, а тело слабело без видимой причины. Все анализы давали противоречивые ответы. Когда друг скончался, главный врач распахнул дверь палаты с результатами вскрытия — редкая форма лейкемии, о которой никто не подумал. И тут же эскулапы оживились: «Ах вот как проявляется этот недуг! Теперь всё ясно...» Их уверенность была трагикомична. Именно тогда мне открылось: медицина строит своё знание ошибками, выводя тайну жизни из тайны смерти. Мы учимся на мертвых, чтобы впредь читать симптомы у живых. А ведь в этом испытании порой легче расшифровать уход, чем подарить спасение.
После этого опыта я видел ту же картину бесчисленно. В каждой больнице врачи превращают горечь запоздалых диагнозов в науку. Их искусство начинается там, где жизнь заканчивается. Так родился парадокс о медицине как искусстве делать выводы о симптомах болезни на основании причин смерти. Ирония мира в том, что самое сильное знание приходит слишком поздно.