Важность материального поощрения над словесной похвалой
Помню тот вечер в парижском театре, когда гром оваций едва стих, а из-за кулис уже потянулись актёры тёмным переулком домой. Я наблюдал, как их сияющие от похвал лица постепенно мрачнели: впереди ждала холодная мансарда да скудный ужин. Только что публика осыпала их благодарностями, а теперь один из старейшин труппы тихо спросил: «Месье Мольер, а когда нам выдадут жалование?» Ёмкая грань между фимиамом восторгов и звоном монет стала очевидной. Хвалебные речи испарялись бесследно, оставляя лишь желание настоящего подтверждения заслуг.
Позже я размышлял об этом дольше. Как наблюдатель человеческой комедии, видел везде одну истину: вития нужно отдать портному, лекаря — кровопускателю. Даже маркизы, восхищаясь стихами поэтов, опускали им в руку жетоны. Люди инстинктивно понимают: похвала — лишь парфюм признания, но за ним должно следовать существенное. Моя фраза родилась из этой кристальной ясности — из признания базовой человеческой природы, где моральное вознаграждение лишь второстепенно, а реальное поощрение пробуждает силу и благодарность.