Я говорю здесь о машине, но не только о машине из меди и железа… нет особой разницы, если эта машина изготовлена из плоти и костей.

Кибернетическое единство живого и искусственного

Прорыв в понимании машин и жизни

Помню, когда Винер впервые поделился этим взглядом на нашем семинаре в 1948 году. Он только что вернулся из лаборатории, где коллеги демонстрировали новейший вычислительный комплекс, когда студент спросил его о принципиальных различиях между мозгом и машиной. Винер вдохновенно встал, положил руку на металлический блок компьютера: «Вот то, что вы называете машиной», — а затем указал на себя — «но настоящий переворот в том, что я говорю здесь о машине, но не только о машине из меди и железа…» Зал замер, когда он пояснил, что принципы коммуникации, управления и адаптации делают организм функционально сравним с механикой независимо от материалов.

В тот день картина мира начала меняться для всех нас. Говоря о биологических системах и механизмах в одном концептуальном поле, Винер не упрощал природу — возводил мост между науками. Заключительные слова о машине «из плоти и костей» вызывали возмущения у биологов и восторг у техников, но логика обратной связи и системного подхода была неотразима. Это было рождение новой парадигмы: мы перестали видеть принципиальную грань там, где наука обнаруживала функциональное единство.