Писатель талантлив, если он умеет представить новое привычным, а привычное - новым.

Мастерство писателя в трансформации восприятия

Как родилось прозрение о сути писательского дара

Однажды вечером 1765 года, сидя с друзьями в лондонском литературном салоне, я слушал горячие споры о природе таланта. Кто-то восхищался смелыми новаторами, другие превозносили мастеров классических форм. Вдруг молодой поэт в отчаянии воскликнул: «Мои стихи кажутся аляповатыми рядом с шедеврами! Где же тот волшебный ключ?» В тот миг я ясно увидел: истина кроется не в новизне самой по себе. Взгляните на величайших – Шекспир, Сервантес. Они не изобретали миры из пустоты, а преображали знакомое. Шекспир брал старинные хроники и вдыхал в них такую жизнь, что политические интриги становились частью души зрителя. А Сервантес? Превратил заезженные рыцарские романы в зеркало человеческой натуры, где ветряные мельницы пугали сильнее драконов. Ибо гений писателя – в двойном фокусе: сделать невиданное уютным, как домашний очаг, а тысячу раз виденное – загадочным, как первый рассвет. Именно эту мысль я облек в слова тогда, видя, как она озаряет лица слушателей.