Любовь, желающая быть только духовной, становится тенью; если же она лишена духовного начала, то она становится пошлостью.

Гармония духовного и физического в любви

Откровение в старом костеле

Однажды, наблюдая в варшавском костеле пару венчающихся аристократов, я поймал себя на мысли об иллюзорности их чувств. Невеста, воспитанная в строгих монастырских традициях, смотрела на жениха как на бесплотный идеал, словно боясь осквернить возвышенность чувств земными проявлениями. Их любовь напоминала бледную тень — прекрасную, но лишенную жизненной силы. А затем в памяти всплыл образ крестьянской пары с рынка: их публичные объятия и пошлые шутки демонстрировали вульгарность чувств, полностью лишенных духовного измерения.

Именно тогда меня осенило: истинная любовь — как дыхание, требующее равного напряжения вдоха и выдоха. Чистая духовность без воплощения уподобляется призраку, но и плоть без души скатывается в грубость. По дороге домой я записывал эту мысль с трепетом первооткрывателя, осознавая, что нашел формулу самой распространенной человеческой трагедии — неумения соединить небо и землю в любви.