Парадоксальное восприятие старения и жизнелюбия
Я часто наблюдала этот феномен в кафе возле парка: пожилые люди, задерживающие взгляд на весенних почках, смакующие каждую минуту встречи, тогда как молодежь разбрасывала часы направо и налево. Однажды после разговора с подругой, с упоением рассказывавшей о новом увлечении садоводством в 63 года, меня осенило. В сорокапятидневном дневнике наблюдений я фиксировала этот контраст: там, где юность воспринимает жизнь как данность, зрелость начинает цепляться за ее красоту с новой силой. Не потому ли первый луч любви к подлинному бытию вспыхивает именно тогда, когда мы подсознательно чувствуем песок времени? Наш мозг, ощущая приближение финала, включает режим «сверхценности» каждого мгновения — это и есть тот самый изящный обман сознания, который я назвала симптомом старения.
Сформулировав этот парадокс, я испытала двоякое чувство. С одной стороны — горечь от осознания бренности, с другой — восхищение мудростью человеческой психики. Ведь что может быть прекраснее защитного механизма, превращающего осознание смертности в источник радости? Эта мысль родилась не из книг, а из сотен незаметных наблюдений: за бабушкой, вдруг полюбившей путешествия в 70 лет, за профессором, открывшим в себе страсть к живописи на пенсии. Их одухотворенные лица лучше любых трактатов говорили: любовь к жизни расцветает пышным цветом именно тогда, когда корни уже касаются пропасти.