Любовь - как дерево; она вырастает сама собой, пускает глубоко корни во все наше существо и нередко продолжает зеленеть и цвести даже на развалинах нашего сердца.

Устойчивость любви в душевных разрушениях

Как родилась метафора любви-дерева

Сижу у окна в изгнании на Гернси, наблюдая старый бук, растущий прямо из каменных руин замка. Его корни оплели обломки, как пальцы вцепились в жизнь. В голове всплывает Леопольдина – дочь, утонувшая двадцать лет назад, чья утрата оставила во мне выжженное поле. Но странное дело: боль не убила любовь к ней. Она горела тише, глубже, как пламя под пеплом. Вдруг вижу – подросток карабкается на ту рухлядь, смеясь, и зеленый побег пробивается у него под ногой сквозь щебень. Вот оно! Любовь – не хрупкий цветок, а дуб. Сама пускает корни в самую тьму, и даже когда жизнь превращает сердце в груду камней, она находит трещину, чтобы зеленеть. Записал это сравнение, ощущая как тот росток пробивается сквозь мои собственные душевные развалины.

Позже, работая над «Отверженными», возвращался к этим строкам. Ведь Козетта расцвела в нищете, а Жан Вальжан сохранил человечность в каторге. Дерево любви не просит разрешения – оно просто растёт, глубже и упрямее печали. На этих страницах я похоронил старых друзей, надежды революций, но убедился – то, что пустило корни вглубь, не вырвать никаким бурям.