Двойственная природа любви как основного занятия для свободного человека и формы отдыха для занятого
Я сидел в венецианском кафе, наблюдая за посетителями. За соседним столиком юноша, наследник богатого рода, часами сочинял любовные письма, украшая их цветами. Любовь была его единственной работой, оправданием прекрасной бездеятельности. Вдруг дверь распахнулась – ворвался знакомый негоциант, усталый от сделок. Он не притронулся к кофе, а лишь выдохнул, читая записку от жены, и отдохнувшее лицо его засияло.
Тогда меня осенило: мы видим любовь сквозь призму собственного времени! Для праздных аристократов это особое ремесло где тщательно культивируют каждый вздох. Для вечно спешащих дельцов – тот редкий миг когда не нужно думать о счетах и контрактах. Так родилась наша фраза о двух ликах Эроса: занятии тех у кого слишком много времени и единственном досуге тех у кого его нет вовсе.