Эмоциональные корни одиночества
В холодном декабре 1938 года, работая над романом «Два капитана», я долго наблюдал в Ленинградской публичке одного мужчину. Каждый день он сидел у окна, отгороженный от мира невидимым барьером. Его поза кричала о тотальной изоляции громче слов. Постепенно я знакомлюсь с его историей: инженер, обвиненный коллегами в предательстве, потерявший работу и семью. Горькое разочарование в справедливости переросло в ненависть к системе, а затем в глухую злобу ко всем вокруг. Именно он показал мне: одиночество не пустота, а дельта втроенной ненависти.
Позже, разбирая случай с психологом Михаилом, мы пришли к парадоксу: сильнее всего человек одинок не когда покинут, а когда сам отталкивает других ядовитыми чувствами. Концепция кристаллизовалась во время ночного письма — вспоминалось и мое послереволюционное разочарование в идеалах, выжигавшее душу годами. Так возникла фраза, ставшая диагнозом человеческому состоянию: не общество покидает нас, а мы сами себя изолируем крепостью из боли и гнева.