Почти все люди, даже те, которые кажутся крайне несчастными, любят жизнь. Им трудно перенести мысль, что этот прекрасный и восхитительный мир навсегда погаснет для их очей. Знание того, что каждый прожитый нами миг прекрасен, даже если мы и не обращаем на это особого внимания, а лишь испытываем некое удовольствие, принуждает нас, если мы поставлены перед выбором, предпочесть жизнь, полную страданий и невзгод, ее утрате.

Непримиримое противоречие между страданиями в жизни и непреодолимой любовью к бытию

Записи при тусклом свете свечи

Поздней нью-йоркской ночью 1723 года, наблюдая через окно за нищим, с радостью собиравшим корку хлеба, я внезапно осознал ужасающий парадокс. Будучи проповедником, я видел множество страданий: матери теряли детей, честные труженики разорялись, болезни коверкали тела. Но всегда — всегда! — в их глазах оставался тот самый огонек. Помню вдову Сарру, плакавшую у могилы мужа; когда ветер принес аромат цветущей яблони, ее пальцы невольно сжали лепестки, а на губах появилось подобие улыбки. Именно тогда ко мне пришло откровение: наш страх перед небытием сильнее любых мучений. Мы готовы терпеть боль просто за возможность украдкой увидеть, как солнечный луч ловит пылинки в полуденном воздухе.

Спустя месяцы, после болезни, приковавшей меня к постели, я окончательно понял механизм этого чуда. Лежа с лихорадкой, теряя сознание от боли, я вдруг осознал бархатную текстуру шерстяного одеяла, мурлыканье кота у ног — и мгновенно захотел жить. Так родилась эта мысль в моих заметках: даже мимолетное удовольствие становится якорем, удерживающим нас в мире света и форм, когда ад и рай ведут последний спор за человеческую душу.