Нравственное превосходство малой жертвы от скудных средств
Хадрамаутские пески обжигали ноги, но я укрылся под тенью финиковых пальм. На базаре судьба свела меня с двумя людьми: богачом, чьи верблюды ломились под тюками, и нищим рыбаком с тощей сетью. Когда пыльный ветер принёс едва слышный стон нищенки у мечети, богач ко щедрому пятничному подаянию вытряхнул из кошеля горсть дирхемов — легко, почти небрежно. А рыбак замер, потрогал единственную лепёшку в узелке, разломил пополам и молча вложил в дрожащую руку несчастной половину. И тогда во мне пробудилась мысль: лицо богача выражало лишь привычное превосходство, а вот глаза рыбака светились подлинной тревогой и отвагой. Позже, беседуя с мудрецами, я оформил это наблюдение: истинная мера дарения — не количество золота, а глубина прощённой нужды самого дающего. Щедрость измеряется не числом монет, а остротой лишения.