Лицемерие - это дань уважения, которую порок платит добродетели.
Социальная функция лицемерия как признания моральных норм
Рождение мысли при дворе Короля-Солнца
Париж, 1664 год. Наблюдая бал в Версале, я увидел вдруг скрытую механику общества: маркиз с глазами хладнокровного игрока рассуждал о чести, герцогиня, только что разрушившая семью подруги, декламировала стихи о верности. В этом театре масок меня осенило – их фальшь не была насмешкой над добродетелью. Наоборот! Похабник, притворяющийся целомудренным, вор, кричащий о справедливости, невольно возводят нравственный закон на пьедестал. Даже извращая его, они признают: лишь в одеждах добродетели можно явиться перед миром без стыда.
Позже, записывая «Максимы», я сформулировал этот горький закон. Лицемерие – не слабость, а стратегия выживания порока среди людей, для которых добродетель остается формальным идеалом. Маска нравственности, которую надевает грех, доказывает главное: общество неспособно открыто отвергнуть добро. И в этом есть трагическая победа Порядочности – даже враги воздают ей молчаливую дань, переодевшись в её одежды. Порой самое контрастное доказательство силы Идеала – кощунственное подражание ему.