Жизнь как пьеса в театре: важно не то, сколько она длится, а насколько хорошо сыграна.

Ценность качества жизни над её продолжительностью

Как родилась театральная метафора жизни

Сидя в моём кабинете с видом на Рим, я наблюдал утренние репетиции в театре Марцелла. Ко мне зашел обеспокоенный ученик, потрясённый скорой кончиной нашего общего знакомого. Он воскликнул: «Как несправедливо! Его спектакль оборвался так рано!» Тогда мой взгляд упал на актёра, игравшего с таким огнём, что зрители забывали о мимолётности сцены. Внезапно ко мне пришло озарение: «Почему ты печалишься о длине пьесы? Ведь настоящая трагедия — не в количестве сцен, а в том, кто прозябал на подмостках всю жизнь, так и не узнав своего персонажа». Я объяснил юноше, что подобно хозяину театра, судьба определяет лишь продолжительность нашего выхода. Но как играть — искренне ли, мужественно ли, с душой ли — это единственный выбор, делающий существование осмысленным. Позже эти мысли легли в основу письма к Луцилию, где метафора обрела свою законченную форму.