В духе больше лени, нежели в теле.

Психологические корни лени

Шелковый шепот истины в Версале

За окнами Версаля бушевал дождь, когда маркиз наблюдал, как молодой гвардеец десятикратно поправлял шпагу перед зеркалом, капризно бормоча: «Я смертельно изнеможён». Маркиз улыбнулся. Он знал — юноша до полудня на охоте не был, а после обеда три часа изучал собственную тень. И тогда меня осенило: люди уподобляют лень телесной немощи лишь потому, что признаться в духовной трусости стократ унизительнее. Разве не проще списать все на больный желудок, чем признаться, что разум просто боится начинать труднейший разговор или пробовать новое дело? Мы всегда готовы винить усталую ногу — и ничтожно редко обнаруживаем истинного врага в самих себе.