Начать войну легко, а закончить трудно.

Трудность прекращения войн и конфликтов

Рождение пророчества среди пламени войны

Наблюдая бесконечные конфликты европейских государств в начале XVI века, я, Эразм Роттердамский, убеждался в пугающей закономерности: война напоминает падающий снежный ком. Помню, как в 1513 году герцог Гельдернский из-за позабытой обиды двинул войска — казалось бы, мелочь. Но через месяц горели города соседних провинций, через полгода в конфликт втянулись три королевства. В кабинетах правителей решение о начале войны принимали за день, а чтобы остановить бойню, потребовались два года переговоров и горы золота на откупные. Видя, как жалкие амбиции разрослись в катастрофу, я понял главное: первый шаг к войне подобен брошенной спичке в сухой лес.

Долгие ночи в переполненном беженцами Антверпене я записывал мысли в дневник. Сети вражды опутали всех: монархи боялись унизиться договором, солдаты привыкли к мародерству, купцы наживались на поставках. Мир становился немыслимым именно из-за того, что казалось простым вначале. Тогда и родилась эта фраза — как предупреждение грядущим поколениям о хрупкости порядка и коварстве воинственного импульса. Ведь легкомыслие тех, кто начинает войны, всегда оплачивается кровью тех, кто их заканчивает.