Как движение возбуждает аппетит, так труд возбуждает жажду удовольствий.

Естественные последствия труда

Рождение прозрения под палящим солнцем

Лондонское лето 1738 года выдалось невыносимо жарким. В моём кабинете, задыхаясь от духоты, я наблюдал из окна, как возчики во дворе разгружали бочки с кларетным вином. Пот заливал им глаза, мышцы напрягались до дрожи. Когда под вечер эти чернорабочие, едва успев умыться, устремились к шинку со смехом и песнями — меня осенило. Внезапно вспомнилось, как в молодости после пятичасовой верховой охоты я набрасывался на еду с неистовым аппетитом. И вёл себя точно так же, отправляясь позднее на бал. Разве это не одно явление? Телесное усилие вызывает голод, духовное — жажду наслаждений. Умственная работа моих журналистов или физический труд извозчиков — оба требуют равной компенсации.

На следующий день я диктовал сыну письмо, пытаясь облечь вчерашнее озарение в достойную форму. Человеческую природу следует не осуждать, а мудро направлять. Тот, кто притворяется аскетом, либо обманывает других, либо лжёт самому себе. Наше тело и душа едины. Как открытые окна в лихорадке, они влекут нас туда, где потребности уравновесятся. И из-под моего пера вышло: думайте о труде как о добром спутнике, чья пыль дорожная, оседая в горле, напоминает нам — время освежиться чистой радостью.