Культура - это лишь тоненькая яблочная кожура над раскаленным хаосом.

Хрупкость культурных условностей перед лицом первобытного хаоса

Тонкая грань на краю бездны

Представьте Альпы 1887 года: я смотрю на вершины, когда в карман плаща мне падает антоновка от гостеприимного крестьянина. Чистя ножом плод, вижу как кожица чуть дрожит на весу — хрупкий изогнутый щит. И внезапно галлюцинация охватывает меня: весь Зальцбург внизу кажется таким же ненадежным покровом над трещиной мира. Ведь сегодняшние новости говорят о рабочих бунтах, а вчерашние лекции — о науке, что оправдывает варварство. Метафора рождается сама: культура лишь невольное соглашение цивилизации, дрожащее кожурой, пока из вулкана человеческих инстинктов поднимается жар. Каждый композиторский концерт или изящный манифест здесь так же эфемерны, как воск на куске сыра!.

Годом ранее мой спор с Вагнером обернулся разрывом: он верил в очищающую силу оркестров, я же видел в них розовые очки против горькой правды. Эта яблочная пленка – последний итог. Как врач, знающий что все органы предке разлагаются под кожей, я отрицаю оптимизм Просвещения. Цивилизация не победила дикость, она лишь вырастила искусственную мембрану над первозданным кипением. И когда спешу записать фразу в блокнот, уже слышу раскаты: Вена скоро рухнет вдребезги. Таков ужасающий парадокс нашего существования – лишь в признании этой тонкости скрывается подлинная мудрость.