Пишите коротко и неясно.

Парадоксальный совет о письменной коммуникации: ирония в требовании краткости через отрицание ясности

История иронии: как родился парадокс Наполеона

Стоя в моём кабинете в Тюильри, я листал очередной доклад маршала Бертье – тридцать страниц витиеватых фраз, где суть тонула в эпитетах. Гнев кипел во мне: время терялось на расшифровку бесполезных отчётов, пока армии ждали приказов. Собрав штаб, я обвёл взглядом чиновников: «Господа! Вы испытываете моё терпение. Позвольте дать идеальный рецепт письма...» – пауза повисла в воздухе – «...пишите коротко и неясно!» В зале замерли. Лишь адъютант Мюрата подавил смех, поняв подвох. Я продолжил: «Именно так вы и делаете! Но отныне требую обратного: пусть краткость станет сестрой ясности.»

Этот умышленный парадокс, родившийся из отчаяния перед бюрократической несуразицей, облетел армии. «Коротко и неясно» стало кодом для всей нашей переписки – напоминанием, что ясность ценится выше красноречия. Теперь, наблюдая мелькание телеграмм с фронтов, я улыбаюсь: солдаты шлют донесения в пять слов, но содержащих всю правду войны.