Эстетическая природа истины
Я стоял в полумраке театральной гримёрной, разглядывая декорацию очередного спектакля. Репетиция провалилась – актёры играли механически. Тогда ко мне подошла юная балерина, её лицо сияло радостью: «Константин Сергеевич, разве не правда, что настоящая красота должна быть искренней?». Вопрос попал точно в душу. В моей памяти всплыли лица зрителей – они всегда распознавали фальшь. Прописная истина открылась мне: сценическая ложь может быть красивой формально, но лишь подлинное чувство зажигает восторг. Красота без правды – пошлость.
Позже, анализируя этот случай, я написал своему коллеге: «Запомни: не всякая правда прекрасна – горькая истина часто уродлива. Но попробуй назвать красивым хоть одно лживое явление! В капле росы, в детском искреннем смехе, в бессмертном монологе Гамлета – везде неуловимая гармония истины. Это великий закон искусства: краснота ёмко выражает суть бытия». Так родился афоризм, провозгласивший творчество поиском подлинности через эстетику.