Излишняя забота - такое же проклятье стариков, как беззаботность - горе молодежи.

Вред крайностей в заботе и беззаботности между поколениями

Как Шекспир открыл вечную истину о поколениях

Я сидел в шумной лондонской таверне «Марсова голова» осенью 1602 года, когда Уилл Шекспир, откинувшись на грубую скамью, вдруг замер. Его взгляд утонул в сцене у камина: седовласый купец яростно упрекал сына за расточительность, а юноша, краснея, кричал: «Ты душишь меня своей заботой!» Вдруг Шекспир хлопнул кулаком по столу: «Вот оно!». Он видел, как старик, дрожащей рукой пишущий завещание с сотней запретов, сам себя закапывал в могилу тревогами, а его беззаботный наследник, проматывающий золото, шел к разорению. Эта ярость отцов и наивная беспечность детей слились в гениальную формулу о двух проклятиях, что я записал для него на салфетке сосудом высохших чернил.