Иногда корабль перестает тонуть, как только его покидают крысы.
Устранение деструктивных элементов как ключ к спасению системы/коллектива
Как вода налипла на весла: Рождение иносказания
Вижу по глазам — юный капитан распущенной команды любит ныть как старая баба, гребцы унылы как осенняя слякоть. Корабль наш, хоть и цел, но за парой клинков не видно весел. К таверне подсел бородач в керченских штанах. «Слушай, старче», — пристал капитан треском пустого стакана. «Говорят, возраст мудрости равен востоку минус коньяк. Так?» Я вскипел пивом вместо харизмы. Было дело в дупаре: толпа нахлебников-офицеров. Матросы их прозвали «крысами» за умение точить провиант да портить воздух. «Так что же с судном?» — капитан протянул мелкую монету.
Помню зыбкий берег Амальфи: опытный шкипер распродал якоря ради баронского вина. Я шепнул тогда: «Пока крысы доедают твой корабельный сухарь, трюм плещет ненасытной пучиной». Капитану хватило прагматизма гораздо круче моего совета. Он устроил команде такую трепку, что шлюпка не выдержала крысиной толпы. И был судьбоносный шанс перевернуть бытие с хера на каблук. Вымеренная лага сообщила: днище по сей день сухо. Случай в руку пришел из волн прошлого: «Юноша? Случалось видеть корабли чьи. Иногда корабль перестает тонуть, как только его покидают крысы.» Окружающий мрак расцвел вокруг нас подобно лунному меду.