Психологический механизм самообмана для избавления от груза невыполненных намерений
Помню, как эта горькая истина оформилась в моём сознании — не в кабинете, а за шатким столиком парижского кафе, где я в сотый раз рассказывал знакомому о замысле великого романа. Пять лет я носил сюжет в голове, обрастая обещаниями как панцирем. Сначала меня подбадривали, потом вежливо кивали, а позже избегали взгляда. Тошнотворная тяжесть нарастала с каждым произнесённым когда-нибудь. И в тот день, выпалив в который раз свои планы, я вдруг ловил себя на мысли: а что если просто сказать, что книга уже написана? Воображаемое облегчение ударило в виски сладким головокружением. Ложь как лекарство: в тот же вечер я начал живописать выдуманный процесс редактирования, наблюдая, как исчезает сочувственная складка между бровей собеседника.
Неделю спустя я поймал себя на удивлении: невыносимая тяжесть и правда ушла. Окружающие больше не задавали каверзных вопросов, а в моей душе воцарилась тишина — как будто я действительно переложил махину на бумагу. Лишь шепотом совести оставалось бормотать, что лживое освобождение дороже честного труда.