Книги, достоинство которых состоит в новизне, походят на горячие пирожки, которые становятся безвкусными, лишь только простынут.

Преходящая ценность новизны в искусстве

Рождение афоризма у самовара

Помню тот вечер в нашем петербургском салоне, когда родилось это сравнение. На столе дымились только что поданные ватрушки, и гости наперебой хвалили их воздушность. Но стоило пирожкам остынуть — восторги сменились равнодушием. Я наблюдала, как Лев Николаевич, только что восхищавшийся «сенсационным» романом модного автора, теперь скептически отложил книгу, заметив: «Пустоцвет». Тогда меня осенило: стремление гнаться за новизной напоминает эту странную игру с пирожками! Мы суетимся вокруг свежего, словно боясь опоздать, но потом остывшее творение занимает место на полке, ничуть не лучше нетронутой выпечки в буфете.

Позже в дневнике я развила мысль: лишь произведения с внутренним светом подобны хорошему вину — они раскрываются с годами. А книги-пирожки годны лишь на то, чтобы занять праздный ум на час дороги. Их участь печальна: побыть горячими новинками... и превратиться в никому не нужную макулатуру. Так обычное наблюдение за чаепитием стало горькой метафорой человеческого тщеславия.