Субъективность восприятия мира в зависимости от внутреннего состояния человека
Сижу над черновиками Лермонтова, вглядываюсь в его нервный почерк и внезапно понимаю: эта фраза родилась из мучительного прозрения. Летом 1840 года, после дуэли, разжалованный Михаил Юрьевич наблюдал высший свет Петербурга - и себя среди этих людей. Он заметил, как распутник везде видит только порок, вор подозревает всех в краже, а клеветник ищет ложь в каждом слове. Тогда его осенило: проблема не в мире, а в душевной испорченности самого наблюдателя.
Горькая ирония заключалась в том, что Лермонтов, описавший это явление, сам стал его жертвой. После предательства близких и травли в обществе, он чувствовал, как его душа постепенно черствеет. Стоило ему поддаться мрачным чувствам - и исчезали краски Кавказа, фальшивыми казались улыбки друзей. Но великая мудрость открытия заключалась в обратном: очищая душу, мы внезапно начинаем видеть свет даже во мраке. Именно это прозрение он и запечатлел для нас в афоризме.