Едва ли есть высшее из наслаждений, как наслаждение творить.

Радость творческого процесса

Прозрение за письменным столом

Помню потрескивающую свечу и тишину петербургской ночи, когда чернила наконец ожили под моим пером. Целыми днями пытался уловить суть Чичикова — и вдруг, как внезапный ливень, хлынули фразы. Пальцы едва успевали за образами: вот он влюбляется в губернаторскую дочку, вот мертвые души оживали в моей голове живее живых. В эту минуту я будто поймал молнию в чернильницу и ощутил то самое головокружительное блаженство, когда стены комнаты исчезают, а время течет иначе. Тогда и пришло откровение: такое наслаждение не мог родить даже лучший ужин или взгляд уроженки Апулии — лишь акт творения открывает врата в подлинный Эдем.

Позже, перечитывая исписанные листы, я осознал глубину истины: создавать значит священнодействовать. Танец души и разума, где каждый штрих бросает вызов небытию, дарит фантастическое могущество древлего демиурга. Ведь когда мы творим, мы однажды становимся немного богами — а разве может быть восторг сильнее этого?