Талант историка состоит в том, чтобы создать верное целое из частей, которые верны лишь наполовину.

Реконструкция исторической истины

Папирусы Тимна и рождение мысли

Я, Жозеф Эрнест Ренан, разбирал папирусы из Тиимна — обрывки писем, испорченные временем списки, фамильные хроники истлевшие по краям. Каждый документ нес крупицу правды, но и клубок лжи: неточности писца, субъективность автора, намеренное умолчание. Работа продвигалась мучительно. И вот однажды ко мне ворвался молодой кузен Филипп, пылая праведным гневом. «Дядюшка! — кричал он, тряся в руках новонайденной рукописью, объявлявшей моего героя Александрийского еретиком. — Вот она, истина! Ваши труды опровергнуты!» Его восторг от «полной правды» одного фрагмента был трогателен и ужасен одновременно. Именно тогда я осознал всю глубину задачи историка. Не в том честь найти «чистый» источник — их нет. Истина прошлого рассыпана по тысячам полуистин, полуправд, полулжей, окрашенных страстью и заблуждением. Наш дар — не в безупречном зрении, а в умении терпеливо собрать эти ущербные осколки, критически их взвесить, выстроить связи и, словно мозаист, создавать из них верное, пусть и сложное, целое. Это и есть искусство истории, стоящее выше простого сбора фактов.