Истинно знать что-либо - значит знать его причины.

Сущность подлинного познания

Рождение афоризма в пыльной библиотеке

Запотевшее окно моей лондонской лаборатории едва пропускало свет январского утра 1605 года, когда я перебирал рукописи Птолемея и Аристотеля. Скрип гусиного пера раздражающе эхом отдавался под сводами. Я только что закончил спор с учёным-схоластом, утверждавшим, что морские приливы вызваны «дыханием океанских духов». Именно тогда меня осенило: вековые споры ведутся вокруг следствий, игнорируя корни явлений. Мы называем знанием зазубренные формулировки, но не понимаем, почему небо синее или железо ржавеет.

Сорвавшись с кресла, я начал лихорадочно записывать: «Истинно знать что-либо — значит знать его причины». Эти слова стали кредо моей «Великой Восстановления Наук». Я доказывал: собирая факты как пчела нектар, но не постигая причинных связей, человек создаёт иллюзию знания. Лишь когда мы выясним, почему ядро земного шара притягивает предметы, а не просто констатируем их падение, родится подлинная наука. Моя формула перевернула понимание познания — от созерцания следствий к вскрытию механизмов мироздания.